by the Arbitration Association
EN

В списках не значатся...

Февраль 6, 2019

2 августа 2018 года Тверской районный суд города Москвы отклонил иск Александра Муранова к Торгово-промышленной палате РФ о восстановлении его в списке арбитров МКАС и МАК[1].

В исковом заявлении указывалось, что 28 декабря 2017 года ТПП РФ в одностороннем порядке издала приказ об исключении истца из списков арбитров МКАС – без предупреждения и объяснения причин. Истец полагал, что данные действия не соответствуют требованиям закона и нарушают его права, в том числе право быть назначенным председателем третейских судов по конкретным спорам, а также лишают возможности участвовать в собраниях арбитров. 

Позиция ответчика заключалась в том, что списки арбитров носят рекомендательный характер, а потому исключение истца из списка не препятствует осуществлению им функций арбитра. Дополнительно ТПП РФ ссылалась на иные мотивы исключения, в частности направление заявлений об установлении особого порядка назначения по делам МКАС (с предварительным уведомлением истца о нем), оказание истцом в качестве адвоката услуг по оспариванию решений МАК, размещение им в интернете на портале Zakon.ru информации, которая, по мнению ТПП РФ, наносит ущерб авторитету МКАС и МАК.

Суд, отклоняя исковые требования, пришел к выводу о том, что список арбитров постоянно действующего арбитражного учреждения (ПДАУ) носит рекомендательный характер и не порождает каких-либо отношений между ТПП РФ и лицами, внесенными в данный список. При этом суд исходил из того, что включение в список арбитров не порождает трудовых или гражданско-правовых отношений между лицом из данного списка и ПДАУ и не препятствует назначению в качестве арбитра, поскольку список является «рекомендательным», то есть сторона вправе назначить в качестве арбитра также и лицо, которое не входит в такой список. 

Следует заметить, что это не единственное известное решение, когда исключение из списков арбитров обжаловалось в суде. Так, один из международных арбитражных судов в Казахстане, который так и называется – Казахстанский международный арбитраж, в 2009 году исключил из рекомендованного списка арбитров М. К. Кушарина. Бывший арбитр, будучи недоволен этим решением, обратился в суд с иском о признании данного приказа незаконным. В исковом заявлении М. К. Кушарин указывал, что он являлся арбитром данного арбитражного суда с 2007 года. Однако 26 ноября 2009 года он получил письмо об исключении из состава Казахстанского международного арбитража. При этом в течение всего времени пребывания в составе арбитров его не приглашали не только выступить арбитром в рассмотрении споров между хозяйствующими субъектами, но и присутствовать на заседаниях арбитража, хотя он постоянно изучал деятельность арбитража и нормативную правовую базу, чтобы быть готовым к работе; в его адрес не высказывалось нареканий, поэтому исключение из числа арбитров оказалось полной неожиданностью. В связи с изложенным истец считал необходимым восстановить себя как арбитра Казахстанского международного арбитража и добиться оформления в штат данной организации. Однако в удовлетворении исковых требований истцу было отказано. Верховный суд Республики Казахстан указал, что утверждение списка арбитров, а следовательно, и исключение относится к компетенции третейского суда. Кроме того, исключение арбитра из списка не препятствует осуществлению им функций арбитра при избрании сторонами по конкретному спору. Верховный суд РК также не посчитал, что внесение в список арбитров создает отношения гражданско-правового или трудового характера[2].

Оставляя в стороне обсуждение характера взаимоотношений между арбитрами, включенными в рекомендательный список конкретного третейского суда, и самим третейским судом, данное дело[3]интересно тем, что позволяет еще раз вернуться к дискуссии о том, помогают ли третейскому разбирательству «рекомендательные списки», тем более что российское законодательство об арбитраже уделяет им особое внимание. 

Многие известные международные институты, такие как ICC, LCIA, SCC, не ведут списков арбитров. Это объясняется принципиальной позицией данных организаций, предоставляющих сторонам полную свободу в определении лиц, которые могут быть назначены в качестве арбитров. Кроме того, наличие списка может ограничивать институцию в выборе арбитров, которые лучше всего подходят для разрешения конкретного спора. С другой стороны, некоторые арбитражные институты, такие как ICSID, HKIAC, Венский центр, имеют списки арбитров, поскольку считают, что такие перечни помогают определиться сторонам, часто не имеющим достаточного опыта в третейском разбирательстве. При этом наличие подобных списков, как правило, не ограничивает сторону и эти институции в выборе другого арбитра.

Все международные арбитражные суды, созданные в странах СЭВ, имели списки арбитров, что обуславливалось спецификой того периода. При этом первоначально такие перечни были ограничительными, то есть сторона не вправе была выбрать иного арбитра. В настоящее время в большинстве регламентов третейских судов стран Центральной и Восточной Европы список арбитров является рекомендательным, то есть сторона может избрать в качестве арбитра как лицо, включенное в список, так и лицо вне списка. Вместе с тем по регламентам некоторых арбитражных институтов в отдельных случаях выбор арбитра из рекомендательного списка является обязательным. Например, согласно Правилам арбитража международных коммерческих споров МКАС при ТПП РФ единоличный арбитр (при рассмотрении спора одним арбитром)[4]либо председатель состава арбитров (при рассмотрении спора тремя арбитрами)[5]определяется комитетом по назначениям из списка арбитров по международным коммерческим спорам. 

Кстати, наличие ограничительного списка не является советским изобретением. Например, специализированные арбитражи, такие как спортивный арбитраж в Лозанне[6]или арбитражи при FOSFA[7]и GAFTA[8], не позволяют сторонам назначать арбитров, не входящих в списки данных организаций. Подобное ограничение является вполне оправданным, поскольку назначение стороной арбитра, не имеющего опыта в делах с определенной спецификой, вряд ли будет способствовать эффективному разрешению спора. Формируя список арбитров и не позволяя сторонам назначать иных арбитров, институция сохраняет контроль за своей «кухней». Если провести аналогию, то любая ресторанная сеть, заботящаяся о своей репутации, обязана убедиться в наличии у поваров определенного уровня квалификации. Следовательно, наличие или отсутствие у арбитражной институции списка арбитров – это дело вкуса, подобно тому как каждый ресторан сам определяет, каким образом он отбирает и обучает поваров. В конечном итоге посетители будут голосовать ногами, выбирая то место, в котором вкуснее кормят.

В связи с этим представляется излишним установленное в российском законодательстве требование об обязательномсписке арбитров. Согласно этому требованию каждое ПДАУ обязано иметь списки арбитров, включающие не менее 30 персон, по крайней мере половина из которых должна иметь опыт разрешения гражданско-правовых споров в качестве арбитров и/или судей в течение не менее чем 10 лет, а по крайней мере одна треть – ученую степень, присужденную на территории РФ по научной специальности из перечня, утвержденного Минюстом[9]

Если целью данного требования было создание непреодолимых препятствий при учреждении третейских судов в России, то оно себя оправдало. Если же его целью было содействие в развитии третейского разбирательства, то оно принесло скорее вред, чем пользу. 

Во-первых, данное требование практически невыполнимо для регионального арбитража, потому что в отдельно взятом регионе невозможно найти достаточное количество арбитров, удовлетворяющих указанным критериям. Поэтому региональным третейским судам для соблюдения закона нужно набирать в «статисты» отставных судей, не имеющих ничего общего с третейским разбирательством, и разного рода кандидатов юридических наук, которые защитили свои диссертации в рамках программы освобождения от воинской службы. 

Во-вторых, это требование ставит крест на развитии специализированных третейских судов. В результате те ПДАУ, которые получили разрешение Минюста, проявляют изобретательность и помимо «списка арбитров для Минюста» ведут базу арбитров для себя, то есть составляют перечень реально работающих арбитров, которые имеют соответствующую специализацию, но не располагают ни 10-летним стажем, ни научной степенью по нужной специальности[10]

В-третьих, установленные законом требования к стажу и наличию ученой степени по определенной специальности делают невозможным включение в списки молодых арбитров. Иными словами, третейское разбирательство остается привилегией узкого круга возрастных преподавателей. Действительно, молодому арбитру (под «молодым» в данном контексте я понимаю арбитра в возрасте 30–40 лет) практически нереально получить назначение от стороны; как правило, их назначают арбитражные институции. Однако если институция вправе приглашать только арбитра из рекомендательного списка (как это происходит по правилам МКАС), то такая возможность утрачивается.

Наконец, тот факт, что непонравившегося арбитра можно исключить в любой момент даже по немотивированному или субъективному решению арбитражной институции, показывает, что арбитры не стали настоящими руководителями арбитража и по-прежнему зависят от арбитражного учреждения. А ведь именно такая цель ставилась, когда в законодательство об арбитраже внесли императивное требование о том, что комитеты по назначениям арбитров (КНА) должны избираться именно арбитрами, чтобы ограничить влияние ПДАУ на их назначение[11]

Но если ПДАУ в силах в любой момент исключить арбитра из списка, как говорится, «за утрату доверия», то можно не сомневаться, что оставшиеся арбитры правильно поймут сигнал и станут голосовать за тех членов КНА, которые будут рекомендованы ПДАУ. Таким образом, ПДАУ в любом случае будет косвенно контролировать процесс назначения арбитров по конкретному делу.

В принципе, вряд ли можно осуждать ПДАУ за то, что они хотят управлять процессом назначения арбитров, как нельзя осуждать владельца ресторанной сети за то, что он решает, каких поваров нанимать и увольнять. Если работники начнут избирать шеф-повара голосованием, на кухне начнется хаос. Нужно честно признать, что ПДАУ имеет право на определение состава своих «поваров», и убрать из законодательства положения, создающие иллюзию, что на «кухне» главные «повара». Хотя бы для того, чтобы потом никто не судился за право находиться на конкретной «кухне». А посетители пусть голосуют рублем за тот ресторан, который им понравится больше. Рынок всех рассудит. 

 

Владимир Хвалей


[1]Дело № 2-2973/2018.


[2]Постановление Верховного суда Республики Казахстан от 13 июля 2011 года № 3гп-271-11.


[3]Данное дело – с учетом характера сторон – имеет все шансы дойти до Верховного суда РФ.


[4] Пункт 9 §16 Правил арбитража международных коммерческих споров МКАС.


[5] Пункт 7 §16 Правил арбитража международных коммерческих споров МКАС.


[6]Спортивный арбитраж (CourtofArbitrationforSport, CAS), правило R33 Процессуальных правил Кодекса CAS,http://www.tas-cas.org/en/arbitration/code-procedural-rules.html.


[7]Федерация ассоциаций торговли масличными культурами, семенами и жирами (FOSFA), п. 1(с) Правил арбитража и апелляции. 


[8]Международная ассоциация торговли зерном и кормами (GAFTA), п. 3.7 Арбитражных правил № 125, https://www.gafta.com/write/MediaUploads/Contracts/2018/125_2018.pdf.


[9]См. ст. 47 Федерального закона от 29 декабря 2015 года № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации». 


[10]Так, помимо единого списка арбитров в Российском арбитражном центре существует база специалистов в сфере разрешения споров в атомной отрасли https://centerarbitr.ru/nuclear-division/database/


[11]Как заявил заместитель министра юстиции РФ М. Л. Гальперин в своем докладе, «сами арбитры оказались в подчиненном положении по отношению к руководству третейских судов, его учредителям. Именно арбитры, а не кто-то еще, являются ключевой фигурой в арбитраже. Арбитраж – это не здание с колоннами, не персонал арбитражного учреждения, но конкретные арбитры, рассматривающие споры, арбитры, выбранные сторонами»,http://arbitrations.ru/press-centr/arbitration_reform/vystuplenie-upolnomochennogo-rossiyskoy-federatsii-pri-evropeyskom-sude-po-pravam-cheloveka-zamestit/.